Калифорния: откуда она взялась

В старом добром XVI веке в Америке почти всеми делами заправляли испанцы. К тому времени они прочно забазировались в Мексике, обозвали ее Новой Испанией, выклянчили себе у Мадрида вице-короля и загнобили ацтеков до полного принятия ими всех католических таинств за чистую монету.

До Калифорнии у них дошли руки (и ноги) только к середине века. В 1542 году, когда маленький московский царь Иван еще только готовился показать боярам кузькину мать, его тезка Хуан Родригес Кабрильо высадился со своим отрядом на побережье залива, который для ясности пришлось тут же окрестить заливом Сан-Диего, присоединил тутошние земли к испанским владениям (тогда это было просто) и двинул на север, последовательно проводя в жизнь колониально-захватническую политику.

Впрочем, земель испанцы наоткрывали куда больше, чем могли освоить. Поэтому когда в 1579 году вдоль Калифорнийского побережья проплыл английский корсар Фрэнсис Дрейк, он не заметил здесь никаких признаков испанского владычества. И совершенно никто не возмутился, когда он назвал северную часть Калифорнии Новым Альбионом и объявил оный собственностью Британской короны. Честно говоря, всем было пофиг.

Причем настолько, что эти места никто из желающих чего-нибудь провозгласить не посещал вплоть до середины XVIII века, когда к Новому Альбиону причалили русские купцы. Надо думать, все им здесь здорово понравилось, особенно климат и морская живность. Климат, правда, продать было никак невозможно, зато на живность можно было поохотиться. И индейцы местные оказались людьми восриимчивыми и приняли энтузиазм русских близко к сердцу - даже сегодня на улицах Санта-Барбары легко встретить аборигена, который на вопрос "третьим буш?" способен ответить совершенно адекватным "ин-на!.."

Но появление русских в этих водах пробудило имперские амбиции Испании. Видимо, какие-то калифорнийские индейцы занесли новые слова в расположенные южнее испанские владения. Услышав новое русское слово и оценив его силу, испанцы всполошились и начали срочно забрасывать в Калифорнию миссионеров, вооруженных словом менее интересным, но зато более многочисленным. В 1769 году миссионер-францисканец Жанперо Серра (неизбежно прозванный русскими индейцами "Жоперо") осуществил в эти места идеологическую интервенцию и основал город Сан-Диего. Неугомонные католики начали строить повсюду свои "президио" и "пуэблос", противопоставить которым русские могли только свои "пуэблос" (с "президио" у нас тогда была напряженка). В 1781 году испанцы совсем остервенели и основали город с названием, которое русский индеец не смог бы выговорить даже стрезвяка - эль пуэбло де Нойстра Сеньора ла Рейна де лос Анжелес де Порценкула. Попытки зазубрить это название приводили к тяжелым расстройствам национального самосознания, поэтому местные предпочли не выделываться и смириться. Россияне, конечно, могли тоже основать что-нибудь внушительное с трехэтажным названием насчет Бога и соответствующей Матери, но, в отличие от испанцев, у них хватило совести пожалеть аборигенов.

Победив своей богоматерью нашу, испанцы расслабились и прохлопали визит капитана Кука, который в 1778 году разведал тихоокеанское побережье от Сан-Франциско до Аляски. Коммерческий потенциал местной пушнины привел его в восторг и он рекомендовал эти места английским промышленникам, которые не замедлили основать несколько крупных факторий и в Калифорнии, и уже в конце XVIII века начали теснить испанских купцов.

А в 1805 году сюда добралась трансконтинентальная экспедиция американцев Льюиса и Кларка, после чего жить в Калифорнии стало особенно интересно: из прерий подтянулись первопроходцы, которые быстро вытеснили испанцев (и, заодно, опять же русских) из приграничного Орегона. В 1819 году для разграничения интересов между Соединенными Штатами и испанскими владениями даже был заключен договор о границе. Калифорния, само собой, оставалась испанской территорией.

В 1821 году случилось страшное: Мексика получила независимость от Испании. Калифорния, справедливо считавшая, что от нее до метрополии тоже не близкий путь, принялась бузить в том же направлении. Испания, давно потерявшая былые амбиции, долго не кочевряжилась, и в 1825 году уступила эту территорию незалежной Мексике. В итоге Мексика оказалась бок о бок со Штатами, которые уже вовсю облизывались на Техас, Нью-Мексико и, главное, Калифорнию, в которой бесконечно продалжались мелкие всенародные восстания и великий герой Зорро мутил воду своей вопиющей непобедимостью.

увеличить

Конец недопониманию между нынешними соседями положила так называемая Мексиканская война, в которой аргументы американцев оказались более крупнокалиберными. В 1848 году Мексика уступила Штатам Техас, Нью-Мексико и Верхнюю Калифорнию в обмен на мирный договор и 15 миллионов баксов.

А за неделю до заключения этого судьбоносного контракта плотники Джеймс Маршал и Джон Саттер наплотничали первую калифорнийскую золотносную жилу и спровоцировали первую "золотую лихорадку", которая привела к калифорнийскому промышленному буму, резкому росту населения нового штата и появлению моды на джинсы "Levi Strauss".

С тех пор там, в общем, мало что изменилось.